(1)Старый охотник Мануйло без часов знал время, как петух. (2)Тронув Митрашу, он шепнул ему:

— Сам подымайся, а девочку не буди, пусть себе спит.

— (3)Это не такая девочка, — ответил Митраша, — её не удержишь. (4)Настя, подымайся на глухарей!

— (5)Пойдёмте! — ответила Настя, вставая.

(6)И все трое вышли из шалаша.

(7)Хорошо пахнет болото первой весенней водой, но не хуже пахнет на нём и последний снег. (8)Есть великая сила радости в аромате такого снега, и эта радость в темноте понесла детей в неведомые угодья, куда слетаются необыкновенные птицы, как души северных лесов.

(9)Но у Мануйлы в этом ночном походе была своя особенная забота. (10)Обернувшись недавно из Москвы, он от кого-то слышал, будто лес на Красных Гривах этой зимой пошёл под топор.

(11)Перещупав свой путь ногами в разные стороны, Мануйло скоро понял, что у него под ногой была засыпанная порошей ледянка — дорога ледяная, устроенная в зимнее время для вывоза круглого леса на берег реки.

— (12)Плохо наше дело! — сказал он.

(13)Митраша спросил, отчего дело плохо. (14)Мануйло указал Митраше ледянку и, помолчав, сказал печально:

— (15)Простимся, детки, с Красными Гривами!

(16)Митраша понял, что Красные Гривы с глухариным током этой зимой срублены и окатаны на сплав к берегам.

— (17)Назад? — спросил он.

— (18)3ачем назад? — ответил Мануйло, — ток недалеко отсюда, пойдём поглядим, о чём думают теперь глухари.

(19)Шли по темноте. (20)И вдруг глухарь на слух охотника явственно заиграл.

— (21)Поёт! — сказал Мануйло.

(22)Поёт глухарь и не слышит, как охотники подбегают к нему. (23)Он остановится, и охотники в тот же миг замирают.

(24)Ещё было совсем темно и неразличимо, когда люди вдруг остановились, как поражённые... (25)Охотники замерли не оттого, что глухарь петь перестал и надо было дожидаться, когда он опять запоёт и оглохнет на короткое время, на какие-то пять, шесть скачков человека вперёд.

(26)Охотники замерли от небывалого с ними: пел не один глухарь, а множество, и нельзя было понять в этом множестве звуков, какой глухарь свою песню пропел и теперь отлично слышит шаги охотников, и, встревоженный, только изредка «тэкает», а какой сейчас только свою песню заводит и сам глохнет на время. (27)Оказалось, леса вокруг вовсе не было, оставался только после порубки подлесок — разные кусты и хилые деревья. (28)Там же, где раньше были самые Красные Гривы, на большом видимом пространстве были одни только широкие пни от огромных деревьев, и на пнях, на самых пнях сидели и пели глухари!

(29)Некоторые птицы были близко, но у какого же охотника поднимется рука на такого глухаря! (30)Каждый охотник хорошо понимал сейчас птицу, представляя, что сгорел у него собственный обжитой и милый ему дом и он, прибыв на свадьбу, видит одни обгорелые брёвна. (31)А у глухарей это выходит по-своему, но тоже очень и очень сходно с человеческим: на пне того же дерева, где раньше он пел, скрытый в густой листве высоко, теперь он сидит на этом пне беззащитный и поёт. (32)Удивлённые охотники не смели стрелять в поющих на пнях бездомных теперь глухарей.

(33)Долго раздумывать охотникам не пришлось: хлынул весенний дождь, оставляющий людям на окнах те, всем известные весенние слёзы радости, собой серые, а нам всем такие прекрасные! (34)Глухари сразу все примолкли: какие прыгнули с пней и мокрые куда-то побежали, какие стали на крыло и разлетелись все неизвестно куда.

(По М. М. Пришвину)