(1)Примерно в миле от Таганрога в открытом море стояла на низких скалах проблесковая мигалка. (2)Её звали Черепахой.
(3)Я часто ездил к Черепахе. (4)В тихую погоду я привязывал шлюпку к её железной решётке и удил с борта рыбу.
(5)Однажды я увлёкся рыбной ловлей и не заметил, как подошли сумерки.
(6)Я сидел спиной к открытому морю и вдруг услышал тихий набегающий гул.
(7)С моря шёл ветер. (8)Серая мгла висела по горизонту. (9)В ней мутно блеснула молния. (10)Вода вокруг сразу почернела и пошла железной рябью.
(11)Я отчалил от Черепахи и начал грести к Таганрогу. (12)Ветер свежел с такой быстротой, что уже через несколько минут волны начали захлёстывать в шлюпку.
(13)Как часто бывает на море, ветер стал поворачивать, задувать от Таганрога, и меня начало сносить в открытое море. (14)С шумом и плеском прошёл рядом маленький смерч.
(15)Быстро темнело. (16)Зажёгся таганрогский маяк.
(17)У этого маяка фонари были устроены так, что на разных расстояниях от порта они давали огонь разного цвета: у самого порта маяк давал красный огонь, дальше — зелёный и на самом большом отдалении — белый.
(18)Я оглянулся. (19)Маяк горел белым огнём. (20)До порта было ещё далеко.
(21)Ветер дул с бессмысленной яростью. (22)Он наскакивал порывами, круто бросался в стороны, кружился и злорадно свистел в вёслах. (23)Волны с размаху били в нос, шлюпка взлетала в темноте, и я слышал, как море тяжёлыми бросками швыряет в неё вёдра воды.
(24)Ноги у меня были уже по косточку в воде. (25)Надо было её отлить. (26)Я бросил вёсла и нащупал черпак. (27)Но волны тотчас повернули лодку бортом, меня закружило, и я понял, что первый же большой вал накроет шлюпку и перевернёт её.
(28)Я схватил вёсла и снова начал грести из последних сил. (29)Мокрая рубаха прилипла к телу и очень мешала. (ЗО)Руки жгло, должно быть, я сорвал на них кожу.
(31)Когда я оглянулся, маяк горел зелёным огнём. (32)Порт был уже ближе. «(33)Ещё немного, — говорил я себе. — (34)Ещё! (35)Сейчас появится красный огонь. (36)Тогда ты спасён».
(37)Я грёб и стонал от напряжения. (38)Мокрые волосы падали на глаза, но я их не откидывал — всё равно вокруг ничего не было видно, а мне нельзя было бросать вёсла хотя бы на секунду: тотчас ветер отжимал шлюпку далеко назад. (39)Я оглянулся и выругался: маяк снова горел белым огнём! (40)Меня быстро сносило, и не было, казалось, никакой силы, чтобы продвинуть шлюпку против этого неистового ветра.
(41)Тогда я бросил вёсла и снова начал отливать воду. (42)Странное безразличие охватило меня. (43)Я отливал воду и почему-то вспомнил вдруг маму, узкую улочку в Люблине, где я рвал для Лёли холодную сирень, тёплую женскую ладонь, ласково погладившую меня по щеке.
(44)Я на время как будто оглох и ослеп. (45)Когда я поднял голову, огонь маяка висел на самом горизонте. (46)Он был похож на тонущую звезду.
(47)Я взялся за вёсла и начал грести медленно, равномерно, в оцепенении.
(48)Меня удивляло, что я ещё не утонул.
(49)Я оглянулся и увидел зелёный огонь. (50)Тогда меня охватила непонятная ярость. (51)Я начал грести с такой силой, что трещали вёсла. (52)Я грёб стоя, грёб всей тяжестью своего тела. (53)Неожиданно я услышал за спиной новый осатанелый рёв, оглянулся и увидел красный огонь маяка. (54)Порт был рядом.
(55)Я определил по огням, куда меня отшибают волны, и начал бешено грести. (56)Чтобы было легче, я кричал.
(57)Белый яркий свет вспыхнул над головой. (58)Я, конечно, не мог догадаться, что это осветительная ракета и что меня заметили с мола.
— (59)Эй, на шлюпке! (60)На шлюпке!
(61)На молу махали фонарём. (62)Я подвёл шлюпку на свет фонаря, к каменной лестнице, и бросил вёсла.
(63)Из шлюпки меня вытащили портовые сторожа, отвели в караулку, и там при слепящем свете электрической лампы я увидел себя — изорванного, мокрого насквозь, с окровавленными синими руками.
— (64)Счастливчик, — сказал мне седой смотритель порта со свирепыми бровями. — (65)Почему вы вышли в море, когда с двух часов дня были подняты штормовые сигналы?
— (66)Я не умею разбираться в сигналах, — сознался я.
— (67)Так вот, — сказал смотритель порта, — запомните, что каждому человеку надо понимать штормовые сигналы. (68)И на море, и в собственной жизни. (69)Во избежание непоправимых несчастий.
(По К. Г. Паустовскому)
